Ростово-суздальский диалект

Материал из Википедии — свободной энциклопедии
Перейти к: навигация, поиск
Ростово-суздальский диалект
Страны:

Ростово-Суздальское княжество,
Владимиро-Суздальское княжество,
Великое княжество Владимирское,
Великое княжество Московское

Регионы:

Северо-Восточная Русь

Вымер:

развился в современный
русский язык

Классификация
Категория:

Языки Евразии

Индоевропейская семья

Славянская группа
Восточнославянская подгруппа
Древнерусский язык
Письменность:

кириллица

См. также: Проект:Лингвистика

Росто́во-су́здальский диале́кт — один из северо-восточных диалектов древнерусского языка, сформировавшийся на территории распространения будущего русского языка, наряду с новгородским, псковским, смоленским, а также акающим диалектом верхнего и среднего течения Оки и междуречья Оки и Сейма[1][2]. С XV века в связи с развитием Русского централизованного государства, возвышением Москвы как центра, завоеванием Новгородских и Псковских земель Москвой ростово-суздальский диалект занимает ведущую роль в формировании русского языка[3]. Московские говоры ростово-суздальского диалекта становятся основой русского литературного языка. С ростово-суздальским диалектом генетически связана бо́льшая часть современных говоров центральной диалектной зоны, прежде всего — московские и владимирско-поволжские говоры[4][5].

К XIIIXIV векам ростово-суздальский диалект отличался от остальных древнерусских диалектов последовательным развитием системы согласных фонем, парных по твёрдости-мягкости; наличием фонем /в/, /в’/, развившихся из губно-губных /w/, /w’/; фонологизацией отношения /е/ — /о/ с противопоставлением нелабиализованиость-лабиализованность; формированием пятифонемной системы вокализма; наличием сочетания /ш’н/ в группе слов; появлением флексии /’оjу/ в творительном падеже единственного числа женского рода; окончанием -ово в форме родительного падежа единственного числа прилагательных и местоимений мужского и среднего рода. С новгородским ростово-суздальский диалект объединяло наличие фонемы /г/; различение безударных гласных; с акающим южным диалектом объединяло наличие аффрикат /ц’/ и /ч’/, отсутствие слов со вторым полногласием и т. д.[2][6][7]

История[править | править вики-текст]

Формирование диалектного ареала[править | править вики-текст]

Формирование территории Ростово-Суздальской земли в конце X — начале XII веков

Древнейшая территория, на которой сформировалось ростово-суздальское славянское население с его особенностями в языке и культуре, отличными от других севернорусских — новгородских, псковских и смоленских,— находилась в Опольщине, представлявшей собой значительную по площади лесную область и поля с получернозёмной почвой. Дославянским населением этой территории были меря и другие финно-угорские племена. Ко второй половине XI—XII векам в северо-восточной части Руси стали численно преобладать славяне. Частью мерянское племя слилось со славянским населением, частью было им оттеснено. Освоение большей части Опольщины происходило во второй половине XII — первой половине XIII веков, позже, чем произошло образование большинства остальных восточнославянских областей. Здесь были построены такие древние города, как Суздаль и Ростов, ставшие важнейшими культурными и политическими центрами Залесской земли, позднее к ним прибавился третий — Владимир. В отличие от других русских земель в Ростово-Суздальской отсутствовал какой-либо один крупнейший центр[8].

Волго-Окское междуречье заселялось несколькими потоками восточных славян, один из них связан с новгородскими словенами, которые двигались по реке Шексне — на север, в Заволжье до Белого озера и через верховья Волги к её левым притокам — Тверце и Мологе, затем через правые притоки — в бассейн Клязьмы. Одновременно со словенами в районы Верхней Волги и её правых притоков, а также в бассейн реки Москвы со смоленских земель проникали кривичи, постепенно ассимилируя голядь и другие местные немногочисленные балтские племена. Немного позднее, продвигаясь с юга, земли по течению средней и нижней Оки заселяли вятичи. Постепенно колонизационные потоки трёх восточнославянских племён, пересекаясь и частично смешиваясь между собой, сформировали население Северо-Восточной Руси[9], а говоры переселившихся славян заложили основы ростово-суздальского диалекта. Вместе с тем, своеобразие языковых черт диалекта Ростово-Суздальской земли дали основание таким исследователям как Б. М. Ляпунов, Ф. П. Филин и другим, сделать предположение о существовании в Волго-Клязьминском междуречье ещё одного восточнославянского племени (сведения о котором до нас не дошли), чей племенной диалект (а не диалекты словен и кривичей) развился в ростово-суздальский. Сторонником данной точки зрения является также археолог В. В. Седов[10]. В то же время, по мнению Р. И. Аванесова и Л. Л. Касаткина не только современные говоры русского языка, но и диалекты древнерусского языка, устанавливаемые по памятникам письменности, не являются непосредственным продолжением древних восточнославянских племенных диалектов[11].

Диалектные различия XI — начала XII веков[править | править вики-текст]

Диалектные особенности Северо-Восточной Руси наряду с другими диалектно обособленными ареалами на территории распространения древнерусского языка отмечаются уже в период XI — начала XII веков (ко времени после утраты носовых гласных, вторичного смягчения согласных и до падения редуцированных). Язык населения Ростово-Суздальской земли выделяется следующими фонетическими особенностями, установленными по материалам древнерусской письменности[12]:

  • Различение аффрикат /ц’/ и /ч’/ так же, как и в говорах юго-востока (черниговских) и юго-запада (киевских и галицко-волынских). Для новгородских, псковских, полоцких, смоленских, части рязанских было характерно наличие одной аффрикаты /ц’’/;
  • Различение мягких шипящих и свистящих /с’/—/ш’/, /з’/—/ж’/, широко распространённое во всех древнерусских диалектах, исключая псковский диалект с /с’’/, /з’’/;
  • Взрывное образование звонкого заднеязычного согласного /г/ как и в новгородском диалекте в отличие от фрикативного /ү/ в других диалектах. Известны случаи употребления фонемы /ү/ и в говорах русского севера на территории, совпадающей с областью распространения древненовгородского диалекта и колонизированными его носителями землями;
  • Губно-зубное образование звонкого губного спиранта /в/ в отличие от губно-губного /w/ в других диалектах;
  • Наличие /л/, как и в большинстве остальных диалектов, на месте праславянских *tl, *dl, отличное от псковских сочетаний /кл/, /гл/;

Расширение диалектного ареала[править | править вики-текст]

На рубеже XI—XII веков Ростово-Суздальская земля с севера и запада граничила с Новгородской землёй, с юго-запада — со Смоленским княжеством, с юго-востока — с выделившимся из Черниговского Муромско-Рязанским княжеством. Южная граница первоначальной территории Ростово-Суздальской земли проходила по реке Клязьме. Северная и северо-восточная границы постоянно смещались по мере колонизации русскими соседних финно-угорских земель. Территория распространения ростово-суздальского диалекта расширялась в северном и восточном направлениях. В 1140—1160 годах осваивается Заволочье, в котором ростово-суздальская дань распространилась на земли по рекам Кокшенге и Устью, достигнув границы с Новгородом в Важском крае. К XIII веку ростово-суздальская дань охватывает значительные территории на северо-востоке — район города Костромы и земли к юго-западу от неё, земли вверх по реке Костроме, земли в районе Галицкого озера и далее до реки Унжы. Кроме того ростово-суздальская дань распространяется со стороны древних ростовских владений на Белом озере и Шексне по реке Сухоне до Устюга, соприкасаясь с новгородскими владениями. Возможно, освоение бассейна реки Клязьмы происходило позже также и другой группой русского населения из Смоленской земли. Растёт число городов Залесской земли, с XII века в исторических источниках появляются сведения о Москве, Дмитрове, Юрьеве, среди залесских городов возвышается Переяславль, почти одновременно с ним — Ярославль, в начале XIII века — Нижний Новгород[13].

В то время как ещё не до конца закончилось формирование территории самостоятельного Ростово-Суздальского княжества, в XIII веке появились признаки его территориального дробления. Но уже с начала XIV века и затем в течение XIV—XV веков идёт новый процесс объединения отдельных феодальных земель в Московское государство. Период дробления Ростово-Суздальской земли и существования самостоятельных княжеств — Суздальского, Владимирского, Ростовского, Переяславского и других — был непродолжительным и не оказал заметного влияния на формирование территориальных различий в ростово-суздальском диалекте[13].

Диалектная характеристика XII—XIV веков[править | править вики-текст]

Со второй половины XII века и на протяжении XIII—XIV веков в связи с падением редуцированных возникают и развиваются диалектные различия, противопоставившие северо-восток древнерусской языковой территории юго-западу[14]. Северо-восточная область, в пределах которой впоследствии сформировался русский язык, была изначально неодинаковой в диалектном отношении, кроме того со второй половины XII века неодинаково на разных частях её территории осуществляются общие тенденции языкового развития[15]. В результате изменений, вызванных падением редуцированных, складываются три фонологические системы: ростово-суздальского типа на северо-востоке; новгородско-псковского типа на северо-западе и система акающего диалекта на юге и юго-востоке[16].

Отличием ростово-суздальского диалекта было последовательное оформление в его языковой системе корреляции согласных фонем, парных по твёрдости-мягкости. Развитие фонологической категории твёрдых-мягких согласных фонем придало ростово-суздальской системе консонантный характер. Формирование данной оппозиции не завершилось к рубежу XIV—XV веков, дальнейшее развитие фонологической системы ростово-суздальского типа, продолжившееся в московском просторечии и русском литературном языке, определялось возможностями дальнейшего развития противопоставления твёрдых-мягких согласных фонем. Развитие и оформление корреляции согласных фонем, парных по твёрдости-мягкости и по звонкости-глухости, было непосредственно связано с тенденцией в развитии гласных среднего и верхне-среднего подъёма. Гласные фонемы верхне-среднего подъёма были утрачены в результате сформировавшегося противопоставления гласных среднего подъема по лабиализованности-нелабиализованности. Таким образом семифонемная система вокализма сменялась пятифонемной[17].

В ростово-суздальском диалекте в XIII—XIV веках развиваются следующие языковые особенности, отличающие его от диалектов северо-запада (новгородских и псковских), запада (смоленско-полоцкого) и юга (акающего)[6]:

Фонологические различия[править | править вики-текст]

  • Последовательное развитие системы согласных фонем, парных по твёрдости-мягкости в отличие от сравнительного слабого развития системы согласных в новгородском и ещё более слабой в остальных диалектах;
  • Наличие фонемы /г/ при распространении в разных диалектах северо-запада и запада фонем /г/ и /ү/ и только /ү/ на юге;
  • Наличие фонем /в/, /в’/, противопоставленных фонемам /w/, /w’/ остальных диалектов;
  • Наличие аффрикат /ц’/ и /ч’/, как и в южном акающем диалекте, при одной аффрикате /ц’’/ в диалектах северо-запада и запада;
  • Отсутствие нейтрализации по назальности и неназальности, характерного и для смоленско-полоцкого и южного акающего диалектов, и противопоставленного новгородско-псковскому с возможностью нейтрализации по назальности-неназальности;
  • Фонологизация отношения /е/ — /о/ с противопоставлением нелабиализованиость-лабиализованность, в остальных диалектах — отсутствие фонологизации;
  • Переходное состояние системы вокализма от семифонемной к пятифонемной в отличие от семифонемной в новгородско-псковском и южном акающем диалектах и пятифонемной в смоленско-полоцком диалекте и акающих псковских говорах;
  • Противопоставление фонем /с’/—/ш’/, /з’/—/ж’/ (по ростово-суздальским говорам — /ш/, /ж/), в отличие от псковских и смоленско-полоцких — /с’’/, /з’’/;
  • Различение безударных гласных при наличии аканья в южном и развитии аканья с XV века в псковском и смоленско-полоцком диалектах;

Лексико-фонологические различия[править | править вики-текст]

  • Фонема /л/ в соответствии с праславянскими *tl, *dl в группе слов, как и в остальных диалектах, противопоставленных сочетаниям /кл/, /гл/ в псковском;
  • Сочетание /ш’н/ в группе слов в отличие от сочетания /ч’н/ в остальных диалектах;
  • Отсутствие слов со вторым полногласием или изолированные слова с таким сочетанием, как и в остальных диалектах, противопоставленное развитию явления второго полногласия, оформления слов типа: верёх, столоб, гороб и т. д. в диалектах северо-запада;

Морфолого-фонологические различия[править | править вики-текст]

  • Появление флексии /’оjу/ в творительном падеже единственного числа женского рода при сохранении флексии /’ejy/ в остальных диалектах;
  • Наличие фонемы /ê/ во флексиях наряду с появлением на её месте фонемы /е/ во время начавшегося процесса перехода /ê/ > /е/. В южном акающем диалекте /ê/ во флексиях сохранялась, в смоленско-полоцком диалекте на её месте отмечалась фонема /е/, в новгородском и псковском диалектах была широко распространена фонема /и/.
  • Ростово-суздальский диалект противопоставлялся наличием окончания -ово у прилагательных и местоимений мужского и среднего рода в форме родительного падежа единственного числа всем остальным древнерусским диалектам, у которых отмечались окончания прилагательных и местоимений в тех же формах — -ого или -оүо.

Примечания[править | править вики-текст]

Источники

Литература[править | править вики-текст]

  1. Александров В. А., Тишков В. А. Образование русской историко-этнической территории и государственности. Начало русской истории (X-XIV века) // Русские. Монография Института этнологии и антропологии РАН / под ред. В. А. Александрова, И. В. Власовой и Н. С. Полищук. — М.: Наука, 1999. — С. 11—18. (Проверено 15 ноября 2012)
  2. Горшкова К. В. Историческая диалектология русского языка. — М.: Просвещение, 1972. (Проверено 15 ноября 2012)
  3. Бромлей С. В., Булатова Л. Н., Захарова К. Ф. и др. Русская диалектология / Под ред. Л. Л. Касаткина. — 2-е изд., перераб. — М.: Просвещение, 1989. — ISBN 5-09-000870-1.
  4. Захарова К. Ф., Орлова В. Г. Диалектное членение русского языка. — 2-е изд. — М.: Едиториал УРСС, 2004. — ISBN 5-354-00917-0.
  5. Касаткин Л. Л. Русские диалекты. Историческая диалектология // Русские. Монография Института этнологии и антропологии РАН. — М.: Наука, 1999. — С. 96—101. (Проверено 15 ноября 2012)